Главная / Стена / Все тут и там начинают

Все тут и там начинают

Все тут и там начинают жизнь заново.
Это все, конечно, прекрасно, но непонятно одно: а что делать в этот момент со старой.
Я не понимаю, как можно начать жизнь заново. А главное не понимаю зачем это нужно. Тешить себя надеждой, что ты протащишь старого себя через некий фильтр, и превратишься во что-то новое?Вроде как такая реинкарнация на коленке.

Ну не знаю.

Знавал я одну примечательную тетеньку. Примечательную во всех смыслах.
Это было роскошно.
Закройте глаза и представьте себе картину: скромная пятиэтажка, второй этаж, маленький, не застеклённой балкончик, на улице осень, асфальт укрыт ковром жёлтых листьев, идёт мелкий моросящий дождь, сквозь быстро бегущие барашки облаков изредка мелькает лучик солнышка.
На балкон выходит женщина, в платье в пол, при полном макияже, в шляпке ,и начинает декламировать стихи Ахматовой, Цветаевой, Гиппиус, Северянина, Мандельштама, и не абы как, а с театральной выдержкой ,да ещё наизусть, да ещё и часами, да ещё ни разу не запнувшись, ни на секунду не выпав из стиля изложения и интонации.
В первые мгновения ты ничего не понимаешь. Думаешь, ну сумашедшая. Потом это тебя затягивает. Ты садишься на лавочку и пытаешься уже вникать .Народ подтягивается ,зрителей все больше .
Кто-то уже даже сходил за пивом. Культурный вечер в пределах Школьного проезда. Тетенька изредка щёлкает зажигалкой, прикуривая очередную сигаретку и продолжает .Она предусмотрительно запаслась трехлитровой банкой с чайным грибом, и маленькими глоточками ликвидирует сухость в ротовой полости после каждого удачного прогона текста. Декламация её запоминающаяся, как голос Синявского, ни с чем не спутаешь. Безусловно -она талант. И пусть стихи не её сочинения, но так бы зачитать не смогла сама Цветаева. Понятно ,что у тётеньки совсем крыша поехала, но знать всех поэтов Серебряного века наизусть…. ,это удивительно.
И слова бы никто ей не сказал, но в какой-то непонятный момент в её голове переключался тумблер, кукушу совсем уносило в ебеня, и она начинала отчаянно материть всех собравшихся зрителей ,причём такими изящными словечками, что дети начинали плакать, собаки страшно выть, перелетные птицы пикировали вниз с целью самоубийства, а у крепких мужчин седели виски.
В общем умела она и зрителей собрать, и удивить, и раскрыться как талант, и обосрать за несколько секунд такое грандиозное выступление. Творческие люди они такие.
Далее все как по нотам.
Приезжал воронок и скорая ,тётю крутили под белы рученьки, а далее по привычному этапу она следовала в Микулино, где врачи ,сосновый бор и галоперидол возвращали её в адекватное состояние.
И такое было дважды в год: весной и осенью.

А затем тётю лечили ,лечили, и долечили.

И стала она нормальной, обычной тетей, ничем не примечательной.
У неё появился мужик и собака, она ходила на работу как все, и варила борщ ,и шляпки больше не носила.
Школьный проезд обескультурился: мужики стали пить, дети бить стекла и курить за гаражами, женщины перестали прокрашивать корни.
Такие вот дела.
А главное — она не помнила все эти стихи наизусть, забыла, представляете. И все ей едино стало: и Блок, и пеноблок.
Вот у неё получилось. Реинкарнация на коленке.
Правда против её воли и под галоперидолом, но так да — вышло. Вышло, да не без потерь.
Даже интересно ,а счастлива ли она?
Но это отдельная история .
Вы спросите в чем смысл басни, а я отвечу: а нет его нихрена.
Просто жизнь людей напоминает несмываемую втулку, жаль ,что только не все это понимают.

И. Малышев